Любовь

 

Неправда, что нужно помогать другим людям, только когда с собственной жизнью уже все в порядке. 

Не обязательно быть замужем и иметь детей, чтобы поддержать тех, кто никак не может создать семью – возможно, вы станете для него маяком счастливого семьянина, шагом на пути к его собственной семье.

Для того, чтобы прибраться вместе с другими людьми на детской площадке, совсем не обязательно прежде навести порядок в огороде, – ведь мы выделим для этого не каждые выходные, а один, пусть даже раз в год.

Не нужно сначала заработать собственный миллион, чтобы поддержать тех, кто страдает от безденежья, иногда человека достаточно просто выслушать, когда он отчаялся, и чуточку ободрить, а возможно, подарить что-то, что не имеет для нас такой ценности, как для него.

Помогать и поддерживать других людей – это человеческая черта. Да, она есть и у животных, но они не тормозят себя в желании помочь, есть желание – помогают, нет желания – не помогают. А люди могут не решаться обнять другого человека (вдруг не поймет), сдержаться - и не заплакать от сочувствия (ему и без меня плохо), отказаться от порыва сделать что-то сообща (сначала у себя порядок наведи, а потом общественными проектами занимайся), не поинтересоваться, как дела (все равно деньгами помочь не могу). Если эта потребность постоянно тормозится и не реализовывается, она отмирает, человек все более цинично относится к чужой беде, переключается на собственное развитие и т.п., а оно почему-то приносит ему все меньше счастья… Замечено, что лучшим способом справиться с депрессией является помощь другим людям – тогда становится явным, что и у других людей есть свои горести; человек переключается с ожидания чего-либо от других на отдачу заботы и тепла, любовь в его душе отогревается, и настроение заметно улучшается. 

Следующим шагом становится бескорыстная помощь. Помогая другим, человек начинает ожидать благодарности и взаимности. И если не встречает её, обижается и творит фразы типа «не делай добра, не получишь и зла». Лучшее средство от этих ожиданий – помощь ради Бога, Он есть Любовь; Счастлив и Самодостаточен, потому что постоянно, ежесекундно создает, творит мир – отдает больше, чем ожидает получить взамен. Мы, созданные по Его подобию, также можем быть счастливы, если уподобимся Ему в отдаче любви, помогая, в некотором смысле, ради Любви, и это счастье от отдачи – счастье само по себе. А на благодарность мы надеемся, потому что если одаряемый нашей заботой человек не проявит ее, не отдаст хоть капельку в этот мир – благодарности для начала – счастлив не станет все равно; никто не спасет того, кто хочет только получать.

 

Представим себе следующую замечательную картину – бильярдный стол, а на нем разноцветные шары, но нет ни игрока, ни кия.

Шары обладают сознанием и сами стремятся попасть в лузы (предположим, что луз больше шести, для каждого шарика - своя), потому что в лузах комфортней всего существовать и нет ничего лучше, чем висеть в лузе, покачиваясь как в гамаке.

Каждая луза также индивидуальна, как шарик, к ней спешащий. Даже очень-очень близкие по цвету шарики не делят одну лузу на двоих. Их лузы могут быть разположены рядом и путь к ним может во многом совпадать, но все же в итоге у каждого своя личная луза.

На пути к лузе с шариком может приключится много непредвиденного, но неизбежного. Так, например, шарики обязательно будут сталкиваться между собой и от этого столкновения отлетать в сторону.

Далее не стоит забывать, что шарики хоть и обладают сознанием, но все же не особо понимают, где же она - их луза.

Трансформация любви подразумевает преодоление вины и чувства вины. Именно вина скрывается за каждой житейской ситуацией, мешающей нам любить и совершенствоваться в любви. Именно вина переключает наше внимание с тех, кого стало сложно любить, на тех, кого любить проще. Пока тех, кого было просто любить, не станет любить сложнее. Вина заставлаят нас прыгать от объекта к объекту в поисках легкой любви. Она не мешает нам любить так крепко и интенсивно, как мы на это способны.

Но откуда вина берется? Почему мы виним?

Вернемся к шарикам. Люди хотят быть счастливыми. Счастье у нас ассоциируется с состоянием, в котором нам комфортно. Для кого-то это состояние, когда все хорошо и гладко, спокойно и солнечно, приятно и радостно. Другому комфотно, когда его переполняют эмоции, жизнь бьет фонтаном, ничего не стоит на месте, все в движении, жизнь полна лихих авантюр и вызовов.

Чем жестче человек разделяет между „нравится“ и „не нравится“, тем основательней он определяет для себя зону своего комфорта и тем последовательнее будет избегать всего, что находится вне зоны его комфорта. В рассказе Чехова „Человек в футляре“ замечательно проиллюстрирован мужчина, пойманный в зоне своего комфорта, а также тщетность посторонних попыток его из нее вызволить.

Зона комфорта в примере с бильярдом – это луза, к которой стремится шарик. Под этим стремлением подразумеваются наши планы и намерения относительно ближайщего или дальнейшего будущего. Когда проектория нашего движения к зоне комфорта пересекается с линией движения к комфорту другого человека, происходит столкновение, в следствие которого одного из нас или обоих отбрасывает назад. Именно в такой момент зарождается вина. Мы виним человека в том, что он помешал осуществлению нашего намерения, сбив нас с пути к счастью.

Для наглядности  мне бы хотелось привести в пример дзэнскую притчу , рассказанную Лин-Чи :

„Когда я был молодым, мне нравилось плавать на лодке. У меня была маленькая лодка: в одиночестве я отправлялся плавать по озеру и мог часами оставаться там.

Однажды я сидел с закрытыми глазами и медитировал. Была прекрасная ночь. Какая-то пустая лодка плыла по течению и ударилась о мою. Во мне поднялся гнев! Я открыл глаза и собирался обругать побеспокоившего меня человека, но увидел, что лодка пуста. Моему гневу некуда было двигаться. На кого мне было его выплёскивать? Мне ничего не оставалось делать, как вновь закрыть глаза и начать присматриваться к своему гневу. В тот момент, когда я увидел его, я сделал первый шаг на моём Пути.

В эту тихую ночь я подошёл к центру внутри себя. Пустая лодка стала моим учителем. С тех пор, если кто-то пытался обидеть меня и во мне поднимался гнев, я смеялся и говорил:

— Эта лодка тоже пуста.

На самом деле вины нет. Лодка пуста. Просто люди в поисках счастья и комфорта переодически сталкиваются и мешают друг другу продвигаться по заранее намеченной линией, что однако хорошо, поскольку это позволяет преобретать жизненный опыт, делает возможным самопознание, самосовершенствование и настоящее счастье, не привязанное к зоне комфорта. Счастье – как ядро шарика, которое всегда с нами, куда бы мы не двигались и с чем бы не сталкивались.

Однако, кто вину ищет, тот ее, безусловно, найдет. Так, например, можно сказать, что в поведанной нам притче, конечно же, есть виноватый, а именно тот, кому пренадлежит лодка и кто ее плохо привязал к берегу. А если она никому не принадлежит, то все-равно кто-то же ее сделал, приволок туда, бросил…

Когда мы в нашей повседневной жизни сталкиваемся с виной, хорошо бы помнить о том, что это столкновение естественно и постараться сделать лучшее из ситуации вместо того, чтобы утопать в гневе и возмущении. Король умер, да здравствует король! Одно намерение потерпело крах, да здравствует новое намерение!

Для того же, чтобы для нас стало естественным приспосабливаться таким образом к жизни, к нашему здесь и сейчас, нужно почаще добровольно покидать свою зону комфорта, как это пытался сделать человек в футляре, но чему Чехов не позволил, в буквальном смысле, увенчаться успехом.

Чем чаще мы будем покидать зону своего комфорта, тем самым ее расширя в идеале до безграничности, тем меньше нас будут пугать описанные здесь столкновения и тем незначительней станет такое значимое во все времена понятие для человечества как вина. И тогда - полный вперед для любви!

 

Трансформация любви - это преодоление вины во всех ее проявлениях, в том числе и чувства вины.

Когда мы виним, человек, которым можем оказаться мы сами, перестает быть для нас самим собой. Он становится живым напоминанием о том, в чем мы его виним. Мы более не видим самого человека, не интересуемся им, не желаем его прочувствовать, понять, не восхищаемся его природой. Он=вина. Вину невозможно любить. Он вызывает  желание отстраниться, чтобы быть как можно дальше от вины, не чувствовать боли.

Вина - это движение "от"

Любовь - это движение "к" или "с"

 

Противопоставляя вину любви и говоря, что мы перестаем видеть самого человека, потому что видим в нем только напоминание о своей или его вине, я имею ввиду ситуации, которые представляют настоящую угрозу для любви - предательство, измена, соблазн, ребенок на стороне, преступление перед законом, зависимость, глубокое оскорбление, позор и т.д. На каждую любовь, даже очень сильную, найдется индивидуальное, не менее сильное испытание виной.

И вина и чувство вины имеют одинаково губительное действие на нашу способность любить. В сущности, они одно и тоже. Разница лишь в том, направляем ли мы свое осуждение наружу или внутрь себя, являются ли винящий и обвиняемый разными физическими лицами или противопоставляются друг другу одной психикой.

Но эта разница незначительна и даже условна. Так как мы все являемся равноправными частицами одного целого, не имеет значения, какую именно из этих частиц мы виним.

И все же выбор у нас – винить себя или других. Кому-то легче дается одно, кому-то другое.

Чтобы преодолеть вину, мы должны помнить, что в корне любого осуждения лежит чувство вины, которое мы игнорируем, а в корне чувства вины – осуждение, которое мы не желаем признавать.

Так женщина, от которой ушел муж, винит его и не преодолеет осуждения его поступка, пока не осознает свое собственное чувство вины, кроющееся за осуждением мужа. Оно может заключатся в том, что „от хороших жен (якобы) мужья не уходят“. Ее осуждение мужа будет подпитываться чувством вины до тех пор, пока она с чувством вины не расстанется. Ей необходимо осуждать мужа, поскольку это отвлекает ее от конфронтации со своим собственным чувством вины.

Есть и обратный вариант. Человек, не общавшийся с детства с некоторыми членами своей семьи, может винить себя в этом, не смотря на то, что ему запрещали это делать.

Некоторым людям, особенно пережившим эмоциональную травму, очень важно верить, что их жизнь полностью у них под контролем, что за все, что происходит в их жизни, только они сами в ответе. Такие люди, соприкасаясь с виной, мгновенно берут ее на себя. И дело не в благородной самоотверженности . Им просто удобней считать, что все, что слушилось, их собственных рук дело. В обратом случае им пришлось бы признать, что другие люди тоже имеют влияние на их жизнь, а значит могут их ранить. А жить, допуская такую возможность, для них невыносимо страшно.

Человек с болезненно обостренным чувством вины не избавится от него, пока не откроет для себя, кого он на самом деле осуждает, но предпочитает не осуждать, взваливая бремя вины на себя. Именно с этим осужданием, честно и откровенно в нем себе признавшись, ему и предстоит работать, чтобы преодолеть свое чувство вины на пути к любви.

 

 


Все больше людей, которых заинтересовал мой концепт трансформации любви, спрашивает, как же его применять на практике.

В идеале человек сам должен разработать для себя индивидуальную методику своего освобождения от вины. Бросить винить – это как бросить курить. Просто возьми и брось! И там и там речь идет о вредной привычке. Измени свой образ жизни и придерживайся его. Вот и все. Очень просто в теории.

Но вот как удержаться от того, чтобы снова и снова не браться за старое, тут на мой взляд не может быть единой линии для всех. Каждый должен немножко покреативить и найти для себя что-то такое, что именно ему помогает не винить. Свой способ - лучший способ.

Я своим клиентам предлагаю рассказывать мне, как им удается не винить. Это очень интересно и наверное со временем я опишу те методы „борьбы“ с виной, которые люди для себя находят и мне описывают.

Если же человек действительно не знает с чего начать, я предлагаю ему попробывать следующее:

Каждый раз, когда тебя охватывает неприятное чувство по отношению к другому человеку (или к самому себе)  - обида,  осуждение, зависть, ревность, стыд или сожаление - просто спроси себя, каким был твой план, которому этот человек помешал. Ведь именно за это ты его (себя) винишь.

Далее спроси себя, в чем был замысел провалившегося плана и достойна ли эта цель все еще того, чтобы стремиться к ее достижению?

Если это так, то прими тот факт, что в старом виде план больше не может быть реализован.

Построй новый план для достижения своей цели, отталкаваясь от ситуации, какой она представляется теперь, а не той, из которой ты ранее исходил  и которая теперь в прошлом.

Когда у нас появляется новый план действий, нам гораздо легче не винить другого человека (себя) в том, что он помешал старому в реализации. Как правило со временем выясняется, что новый план к тому же перспективнее старого.

 


Преображение любви, ее перерождение в чувство более высокого качества, осуществляется, как я уже писала, посредством искоренения вины. Если консеквентно исключать вину из своей повседневной жизни, то в результате усиливается способность любить, а с ней совершенствуется вся жизнь, поскольку любить - главная задача инкарнации.

На мой взгляд, искоренение вины  не может осуществляться методом всепрощения, поскольку прощение все же исходит из того, что вина есть. Я же считаю, что человечество доросло до понимания, что вины как таковой вообще не существует, а есть ответственность, которую каждый из нас несет за свои действия, явные и скрытые, причем независимо от того конфронтируют нас с этой ответственностью или нет. Нам не нужен никто, кто бы пальцем указывал нам на наши проступки. Жизнь сама это сделает, потому что в интересах каждой отдельной души осознать где и когда она отклонилась от своего стремления к любви.

Таким образом все, что происходит в этом мире (пусть даже в это иногда бывает невероятно трудно поверить), происходит со смыслом и служит духовному развитию как каждого отдельного человека, так и человечества в целом. А если так, то понятие вины в такую мировозренческую модель не вписывается.

Вина может существовать только в рамках модели провозглашающей, что судьба человека складывается исключительно из его рациональных решений и намерений, которым однако можно помешать в реализации, что делает вину потенциально возможной. В такой модели разум и случай – вот две главные инстанции, управляющие судьбой человека. Цель человеческого существования заключается таким образом в том, чтобы разумом подчинить себе случай. Однако разумом не охватить весь спектр задач, которые инкарнация ставит перед душой. Полагаясь исключительно на свой разум, мы предлагаем вести себя проводнику, не знающему местности.

Если же верить, что человеческая жизнь имеет свое предназначение, стоящее выше его кратковременных планов и амбиций (некий План над планом), предназначение, которое так или иначе связанно с любовью, к которому можно приблизиться только интуитивно, а все, что мы переживаем, как раз этой цели и служит, тогда вина как понятие себя исчерпывает.

Как может человек быть перед нами виноват, если все что с нами происходит (и что как раз его участие делает возможным) идет нам на пользу? В чем тогда заключается его вина перед нами?


В мире, где все относительно, принципиальность может быть только жестким и узким корсетом, в который мы стремимся втиснуть свое видение жизни. А между тем жизнь требует от нас непредвзятого, незаготовленного восприятия каждой отдельной ситуации.

В детстве, когда мы неопытны, а мир так опасен и наровит сделать нам больно, когда родители больше не имеют возможности  защищать нас от всех тягостей жизни, принципы являются неплохим ориентиром, дабы выжить. Мы учимся тому, что хорошо, а что плохо. Учимся придерживаться верного  курса. Лгать, воровать, предавать, кричать, трусить, лениться, жадничать, сплетничать, ябедничать – все это плохо. Быть честным, сдерженным, вежливым, верным, смелым, трудолюбивым, заботливым – вот что хорошо.

 


До и после трансформации

Человек, которому не совсем чужд его внутренний мир, вероятно понимает, что он способен любить намного больше и сильнее, чем себе позволяет. Я даже рискну предположить, что мы прежде всего недовольны тем, как сами любим и лишь во вторую очередь тем, как любят нас.

Трансформация любви - это процесс развития нашей способности любить от неудовлетворительной к удовлетворяющей. Это снятие ограничений, непозволяющих нам любить по максимуму.

Что это за ограничения и откуда они берутся? Мы ограничиваем свою любовь, когда считаем, что любить человека больше, чем он нас любит, унизительно и расточительно. Мы запрещаем себе любить в полную силу, если верим, что любовь слепа, если боимся потерять контроль над собой, если под сильной любовью понимаем любовное безумие, любовную лихорадку. Любить же контролированно, слегка - это все-равно что плавать, не отрываясь от берега. Только ноги помочить. Недаром вода - символ чувственности. Подобно тому, как плавец доверяет себя воде, так же любящий в полную силу человек доверяет себя своему чувству и знает, что оно его поддержит, не даст утонуть.

Притча о блудном сыне хорошо подходит для того, чтобы на ее примере проиллюстрировать суть трансформации любви, а именно из какой формы и в какую любовь трансформируется.

В этой притче объектом любви является блудный сын. Любят его отец и брат, но любят по-разному. Под любовью отца подразумевается высшая форма любви, с которой мы в условиях жизни сталкиваемся редко, но к которой стремимся, а под любовью старшего брата к младшему - знакомая нам земная любовь, на которой обыкновенно строятся наши отношения.

 


Мистики всегда говорили, что любовь начинается и заканчивается вместе с нашим «Я» и что мы не можем любить других, если сначала не полюбим себя. Как это понимаю лично я, Иисус учил нас: «Любите себя, чтобы вы могли любить других» (мне кажется, что перевод был немного искажен, и знаменитое выражение «Возлюби ближнего, как самого себя» имеет несколько другой акцент). Многие люди считают, что они смогут полюбить себя только в том случае, если сначала их полюбит кто-то другой. Но пока мы сами не станем источником любви, мы не сможем привлечь к себе любовь другого человека.

 

 

Зрелость в любви не определяется кoличеством или разнообразием связей. Как раз наше стремление заглушать боль разрыва новыми чувствами часто мешает нам обрести зрелость в любви.

Большинство людей воспринимает любовь как нечто, что с нами случается. Объекту любви приписывается неимоверная сила воздействия на нас. Типичное - Что ты делаешь со мной? - рождается как раз из такого восприятия любви. В процессе любви мы видим самих себя в пассивной роли. Судьбоносная встреча и вот мы уже теряем голову, бредем человеком, утопаем в чувстах. (Я не отрицаю, что есть встречи, которые предопределены судьбой, но решаюший фактор - не встреча, а внутренняя устремленность к любви. Произойди тa же встреча в момент, когда готовности любить не было, отношения не сложилось бы.) Это романтическое и наивное восприятие любви. Оно имеет место быть и все бы ничего, но пассивная позиция в любви, как и пассивная позиция в жизни, в перспективе ведет к притуплению чувств, к чувственной опустошенности.

Трансформация любви

"Покидая этот мир, мы не сможем взять с собой ничего,

кроме нашей облагороженной способности любить."

автор неизвестен

Каждый из нас не раз в своей жизни говорил : "люблю". Но что такое любовь? Действительно ли нам это известно? Возможно ли, чтобы любовь несла боль и страдания или у них другой источник?

Говоря о любви, важно различать между ее формами - обусловленной и безусловной. Стремимся мы к любви безусловной, тогда как любить зачастую способны лишь в рамках определенных условий.  Несоответствие между любовью, к которой мы стремимся, и тем, как любим на самом деле, и является причиной боли и страданий в межчеловеческих отношениях. Мы скорее склонны идеализировать обусловленную любовь, чем стремиться развить в себе способность любить безусловно.

??????.???????