Роботы создали новый язык для взаимодействия

 

План области обитания роботов(сверху) и составленные роботами карты местности.

Пара разговаривающих роботов, изначально не обладавшая никаким языком для общения между собой, сама выработала его в ходе взаимодействия.Дроиды постепенно договорились и определили что, к примеру, слово «jaya» означает «в центре комнаты».
Забавный эксперимент провели Рут Шульц (Ruth Schulz) и её коллеги из университета Квинсленда. Они исследовали процесс формирования языка с нуля на примере двух машин. Проект получил имя «Лингодроиды» (Lingodroids).

По информации Discovery, машины обследовали небольшую территорию, используя камеры, лазерные дальномеры и сонары. В ходе разведки роботы придумывали слова для обозначения тех или иных участков местности.

Сперва этих слов не существовало вовсе. Каждый робот составлял их наугад, комбинируя слоги в случайном порядке.

Когда два аппарата встречались в одном месте, первый из них, уже открывший этот участок, произносил его название вслух, а второй — понимал, что ему хотят сказать. Далее аналогичным образом словарный запас постоянно общающихся машин рос и пополнялся терминами, означающими направления и даже расстояния.

Укреплялся этот язык при помощи игр. Скажем один робот произносил «kuzo», а затем оба спешили туда, где, как они думали, и есть «kuzo». Если две машины встречались в одной точке или неподалёку друг от друга, этот успех укреплял связь между словом и местоположением.

После нескольких сотен игр роботы согласовали направления с точностью до 10 градусов и расстояния в пределах 0,38 метра.

Используя изобретённый ими язык и личный опыт, роботы построили каждый свою карту местности, в том числе участков, которые они не могли достичь. И карты эти оказались очень похожи друг на друга. При этом, если какая-то часть их крошечного мира оказывалась за дверью, она тоже получала название и в последствии, когда дверь открывали, один робот мог попросить второго отправиться туда и напарник верно интерпретировал — что от него хотят.

Мир «Лингодроидов» (слева) и придуманные ими слова, означающие направления (верхняя правая схема) и удалённость выбранной точки от центра. К примеру, «vupe hiza» означает «не очень далеко на восток». Внизу — карты путешествий и лексиконы двух дроидов. Видно, что границы применимости топонимов у них близки, а значит, машины научились понимать друг друга и согласовали свои выдуманные словари (иллюстрации Ruth Schulz, University of Queensland).

В будущем учёные намерены подтолкнуть «Лингодроидов» к усложнению языка с тем, чтобы они научились объяснять один другому — как добраться до указанной точки или смогли характеризовать доступность места.

По словам австралийцев, этот эксперимент послужит платформой для исследования когнитивных процессов, связанных с представлением знаний, планированием, развитием языка, привязкой символов к предметам и воображением. А такие исследования помогут совершенствовать средства общения роботов между собой и с людьми.

Результаты опыта (PDF) его авторы представили в середине мая в Шанхае на конференции по робототехнике.

 

Энергия геометрических форм

 

ЭНЕРГИЯ ГЕОМЕТРИЧЕСКИХ ФОРМ

 

Исследования последних лет доказали, что все материальные объекты окружающего нас мира излучают в окружающее пространство электромагнитные (ЭМ) волны свойственные веществу, из которого они состоят и которые скомпонованы в электромагнитное (ЭМ) поле, обусловленное их формой. Например, человеческий глаз в состоянии определить форму любого предмета от проецируемого им в пространство излучаемого и отраженного от его поверхности ЭМ излучения видимого диапазона. На этом же принципе устроены приборы ночного видения, улавливающие ЭМ излучение объекта в инфракрасном диапазоне и многие локационные приборы, работающие в иных диапазонах волн. Мы выше  говорили, что кроме полей состоящих из отраженных и поглощенных объектом волн, существует  поле излучаемое самим материальным объектом и эти поля образуют внутри и снаружи объекта общее ЭМ пространство, информационно определяющее все его физико-химические характеристики.

 

Подробнее...

Гольфстрим умер. Нас ждет новый ледниковый период.

 

По последним спутниковым данным, Северо-Атлантическое течение (Гольфстрим) больше не существует, и вместе с ним прекратились и Норвежские течения.
Эти два теплых течения воды на деле являются частью той же системы, которая имеет несколько названий, в зависимости от того, где в Атлантическом океане находятся. Вся система является ключевым элементом системы теплового регулирования планеты, то, что позволяет Ирландии и Соединенному Королевству в основном быть свободными ото льда и Скандинавским странам не быть слишком холодными, это то, что защищало весь мир от нового ледникового периода. Эта термохалинная система циркуляции время в ряде мест умерла и умирает в других участках. 
Эта ”река” с теплой водой, которая движется через Атлантический океан, называется в разных местах по-разному, но более всего известна как Гольфстрим. 

Подробнее...

„Любовная лодка разбилась о быт“

 

— Хочу хомяка.

— За ним надо ухаживать, следить, убирать, кормить, менять воду, играть с ним.

— Хочу стать хомяком.

Как ни жаль, но такое большое чувство как любовь действильно способно разбиться о подводные камни повседневной жизни. Одна из главных претезний, которые я слышу, работая с парами: „Мой партнер ничего не хочет делать. Он безынициативен и ленив. Он стал как ребенок, которого нужно обслуживать, к тому же такой же дерзкий и неблагодарный.“

Для начала введу два забавных термина, которыми пользуюсь на практике:

  • хайнцельменхен - это человечек из сказки братьев Гримм о сапожнике, чью работу выполняли по ночам
  • жуир (франц., от jouir, пользоваться) - это человек, живущий в свое удовольствие жизнью полной развлечений и далекой от забот и усилий

В каждом из нас живет маленький хайнцельменхен и маленький жуир. Другими словами, каждому из нас приятно позаботиться о ком-то, поухаживать за кем-то, порадовать сюрпризом и каждому приятно оказаться в роли того, о ком заботятся, за кем ухаживают и кого радуют. Правда в силу индивидуального жизненного опыта, воспитания и характера нельзя говорить о распределении 50 на 50. Кому-то ближе роль трудолюбивого хайнцельменхена, а кому-то беззаботного жуира. Обе роли имеют свои плюсы и минусы. Так, например, заядлому хайнцельменхену сложно принять заботу других, в то время как жуир получает огромное удовольствие даже от самых маленьких знаков внимания. Хорошо, когда роли регулярно сменяют друг друга, но в проблемных отношениях именно этого как раз не происходит.

В начале отношений оба партнера прилагают много усилий для того, чтобы им было хорошо вместе. Они стремятся всячески проявлять свои чувства – дарят оригинальные подарки, планируют интересное времяпровождение, с готовностью берут на себя неудобства, чтобы порадовать друг друга. Со временем ситуация жизни вдвоем становится привычной и тогда другие вещи начинают привлекать внимание своей новизной. Отношения пускаются на самотек. Вот тут-то и выясняется кому какая роль ближе.

Хайнцельменхен продолжает заваривать ароматный чай, зажигать свечи в ванной, организовывает романтическую поездку в Рим, две недели кропотливо составляет общий альбом к годовщине брака, придумывает, что подарить свекрови/теще на день рождение, выбивает карты на футбол или в театр, а жуир только ахает: „Ах, как здорово!“

Хайнцельменхену на этом этапе еще хватает восторженных глаз жуира и его радостных воплей. Но со временем он спрашивает себя: „А почему только я что-то делаю? Когда я тоже получу хоть малость?“

Задумываясь над этим дальше хайнцельменхен начинает делать уже только самое необходимое и все чаще предъявляет жуиру претензии по поводу того, что не получает от него поддержки. А избалованный жуир начинает буквально требовать тех удобств и ублажений, к которым привык и в которых ему теперь отказывают.

Оба, и хайнцельменхен и жуир, начинают сомневаться в том, что их любят, хоть и по разным причинам.

Хайнцельменхен не может себе представить, как любя можно сваливать все заботы на любимого человека и не интересоваться его потребностями.

Жуир же, видя перемену в отношении к себе, делает вывод, что его разлюбили.

Сказка братьев Гримм заканчивается тем, что сапожник и его жена дарят маленьким человечкам одежку, после что те, обрадовавшись исчезают, а супружеская пара продолжает жить счастливо и в достатке, зарабатывая деньги своим трудом.

Мораль этой истории для жуира в том, что попользовавшись чьей-то с неба свалившейся опекой приходит пора и совесть знать, подумать и о хайнцельменхене.

Что касается хайнцельменхена, ему тоже есть, чем заняться - научиться с радостью и восторгом принимать заботу близких людей, чтобы им было так же приятно его радовать, как ему радовать их.

И жуиры и хайнцельменхены проявляются в динамике отношений, а не сами по себе. На каждого жуира найдется свой хайнцельменхен. Так, например, человек с повышенной жуиристостью может стать настоящим хайнцельменхеном в отношениях с человеком, который в еще большей степени жуир, чем он сам. Тоже самое касается хайнцельменхена.

Из этого следует, что если один партнер слишком зажуирился, не имеет смысла осуждать его, упрекать, требовать и предъявлять претензии. Это только еще больше портит отношения. Достаточно просто выпустить наружу своего собственного жуира, как сразу появится хайнельменхен и начнет шить ему сапоги.

Но внимание! Жуир – это жуир, а не злой хайнцельменхен. Часто озлобленный и разочарованный хайнцельменхен раздраженно плюхается на диван и заявляет: „ С меня хватит! Теперь я буду жуиром. Угождай мне!“ Это, разумеется, не работает.)